GAME OF THRONES: The Winds of Winter

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GAME OF THRONES: The Winds of Winter » IF I LOOK BACK, I'M LOST » burn them all


burn them all

Сообщений 1 страница 4 из 4

1


http://i58.tinypic.com/2najldv.gifhttp://i59.tinypic.com/pumc0.gif
BURN THEM ALL.
Rammstein "Fire freu"


Джон Сноу, Мелисандра.
Черный Замок, Стена, 300-й год после В.Э. Незадолго до наступления армии Станниса Баратеона на Винтерфелл.
http://sa.uploads.ru/ANXVb.png

«Армия Станниса явилась спасением для Черного Дозора, который неминуемо проиграл бы в неравной борьбе с одичалыми. Но первое чувство облегчения после победы уже прошло, и все больше братья понимают, что появление Баратеона - не только благо. Самопровозглашенный король и его красная жрица  немедля начали наводить в Черном Замке свои порядки, и одним из нововведений стали еженощные огромные костры во дворе крепости. И не всегда в них горят лишь дрова... »

Отредактировано Jon Snow (2014-05-24 01:19:44)

+1

2

От криков закладывало уши.
Как лорд-командующий, Джон обязан был присутствовать на ежевечернем ритуале - если не в знак уважения к сановитым гостям, то хотя бы в знак того, что все здесь, в Черном Замке, происходит с его ведома. У братьев и без того достаточно поводов для того, чтобы обсуждать его за его спиной, не стоит добавлять к ним еще и слух, что лорд-командующий забивается в свой угол, позволяя красной жрице творить что заблагорассудится.
- ... ибо ночь темна и полна ужасов! - выдохнула темнота по ту сторону гигантского костра десятками глоток. Сноу не видел людей Баратеона, но знал, что мало кто из них позволяет себе пропустить столь важное действо.
- Милорд, - решился все же нарушить молчание Сатин, услужливый оруженосец, следовавший за Джоном тенью. - Братья говорят, что из-за красной дьяволицы от нас отвернутся Семеро...
- Сильно ли помогли вам Семеро во время битвы с одичалыми? - бастард не удивлялся суеверию дозорных. Насмехаются над одичалыми, называя их дикарями, а сами шарахаются от любой тени, признавая ее происками темных сил. - А Станнис Баратеон помог, - Сноу умел быть благодарным, даже если помощь эта застряла у него в горле рыбной костью.
- Да, но красная женщина...
- Она вольна поклоняться своему богу так, как считает нужным, - отрезал командующий и демонстративно отвернулся обратно к огню. Понятливый стюард кивнул и вновь отступил назад.
Сатин не сообщил Сноу ничего нового - большее возмущение, чем вводимые красной жрицей порядки, вызывало, пожалуй, лишь наличие в Черном Замке одичалых. Джон сильно сомневался, что молитвы ее помогут в их борьбе - куда больше пригодилась бы еще сотня, а лучше тысяча мечей. Но и те, что были в его распоряжении, Станнис уводил на юг, а не на север. Сноу не пытался  ему препятствовать - вернувшись к своей войне, Баратеон, быть может, забудет о Ночном Дозоре и его упрямом командующем. Иногда внимание сильных мира сего бывает таким утомительным... Самому Джону было безразлично, увенчается ли успехом затея Станниса. Какая разница, кто будет сидеть на Железном Троне, когда наступит зима? Когда невыносимый ужас обрушится на мир, и все, что будет сдерживать его - это Стена и горстка людей в черном? По крайней мере, Мелисандра - здесь редко звучало ее имя, куда чаще назывались менее лестные эпитеты, - тоже осознает эту опасность, за что Джон испытывал к ней нечто вроде настороженного уважения. Хотя ее методы и были несколько... экстравагантными.
Каждый вечер с наступлением темноты во дворе Черного Замка теперь разжигали костры. Высокие, до неба, они призваны были разгонять ночную тьму и приближать наступление утра. Но одного только огня жадному Владыке Света было мало, а потому время от времени двор крепости оглашался душераздирающими воплями, когда в ярком пламени сжигали неугодных. Как сегодня.
Джон не мог не вспоминать сейчас невольно Крастера, который жертвовал своих сыновей "богам ночи". Неужели и правда можно поклоняться богам, гнев которых неминуемо падет на головы молящихся, если молитвы их не будут приправлены десятками, сотнями смертей? Старые Боги, которым поклонялись на Севере, были другими. Они не требовали жертв, не требовали каменных септ, украшенных причудливыми изваяниями и радужными кристаллами - они вообще ничего не требовали. Старые Боги жили в шелесте листвы, в порывах ветра, в неподвижных ликах на деревьях, которые, казалось, всегда присматривали за своими непутевыми детьми. Одичалые тоже чтили этих богов, так почему же они сейчас горят на костре, а он, Джон Сноу, стоит и смотрит на это?

Отредактировано Jon Snow (2014-05-24 13:45:11)

+2

3

Под треск пламени и негромкое пение Мелисандры проклятия, поначалу летевшие из молитвенного костра и обещавшие обрушить на нее всю мощь так называемых Старых богов, сменились мольбой о помощи, а после и вовсе превратились в бессвязные, полные боли крики. Теперь души этих людей принадлежали Р’Глору, в которого они не верили при жизни. Жрица, стоявшая так близко к пламени, что казалась его частью, продолжала петь свои молитвы на никому здесь неизвестном высоком валирийском, не обращая внимания на вопли сгоравших заживо. Помыслы их были так же черны, как тьма, поселившаяся в их сердцах. Мелисандра оказалась бессильна зажечь в их душах огонь Владыки и теперь, покидая Черный Замок, не могла оставить этим людям жизнь. Ночной дозор и без того слаб. Слаб и слеп, ибо большинство из черных братьев не желает узреть свет единственного истинного Бога. Но во чтобы они не верили, именно им, скорее всего, предстоит принять на себя первый удар Иных, а значит она должна сделать все, чтобы помочь дозорным. Очистить их ряды от тех, кого успел коснуться Враг, от тех, в чьих душах осталась только черная непроглядная ночь. Красная жрица не ждала благодарности, даже понимания не ждала. Хватит и того, что никто не пытается ей помешать.
Мелисандра вскинула руки, вслед за которыми вверх устремились и языки пламени: 
- Р’глор, дающий нам день, слава тебе.
— Слава тебе за солнце, что согревает нас, — отозвался хор голосов, — Слава за звезды, что смотрят за нами. Слава за очаги и факелы, отгоняющие тьму.
Когда она пела по-валирийски, она молила Огненного Бога об удаче. О том, чтобы армия короля добралась до Винтерфелла вовремя, чтобы вьюга, которую она видела в пламени обошла их стороной. Просила сил, чтобы постичь божественные предостережения и не допустить ошибки. Р’Глору все это было известно, ведь ее сердце всегда было открыто для Владыки. Однако тем, чьи взгляды были сейчас прикованы к ней, знать о том, что красную жрицу тревожит будущее, не стоило. Поэтому молитва на общем языке была гораздо короче, зато ее подхватывал целый хор, состоящий в основном из людей королевы, хотя среди своей паствы Мелисандра видела и нескольких братьев Ночного дозора и даже кое-кого из Вольного народа.
— Властитель, озари нас светом своим! — воззвала Мелисандра, завершая свою песню.
— Ибо ночь темна и полна ужасов!
Молитва была закончена и Мелисандра, бросив последний взгляд на пламя, отправилась в Королевскую башню. После долгого пения не помешал бы глоток воды.
Еще ей не мешало бы остаться на Стене. Но Станнис считал, что красная жрица приносит ему удачу, а память о Черноводной была еще слишком свежа, чтобы Мелисандра стала спорить. Не в этот раз. В конце концов, никто в Семи королевствах, кроме ее короля, не осознает надвигающейся с севера опасности. Остальные, Ланнистеры, Болтоны, Грейджои, стремятся захватить прогнивший от самого фундамента дом, или, на худой конец, заполучить покои получше, не заботясь о том, что само здание вот-вот рухнет им на головы, и тогда уже будет не важно, кто в нем хозяин - перед смертью все равны. Поэтому Станнис должен получить Железный трон. Поэтому она уедет. А связанные клятвой дозорные останутся.
Новоиспеченный Лорд-Командующий сегодня досмотрел ее представление до конца. Он почти каждый вечер наблюдал за тем, как горят молитвенные костры, продолжая, однако, цепляться за своих Старых богов с упрямством, достойным лучшего применения. Каждый раз, принося жертву Р’Глору, Мелисандра ждала, что он выскажет ей свое жгучее неодобрение, потребует объяснений, попытается остановить, в конце концов. Но нет. Джон Сноу, мальчик, споривший с королем и отвергавшие его предложения, ни разу даже не попытался помешать красной жрице проводить ее ритуалы, хотя, в отличие от большинства, совершенно не боялся ее. Он и сегодня промолчит. А завтра, избавившись от нежданных гостей, вздохнет с облегчением. Он все еще не верит, что с их отъездом почти ничего не изменится, по крайней мере, в лучшую сторону. Мелисандра, не останавливаясь, кивнула юноше.
- Лорд-Командующий.
Вот только мимо, как намеревалась, красная жрица так и не прошла. Этот мальчик чем-то интересен Р’глору, если Владыка Света раз за разом шлет ей тревожные видения, предупреждает об опасности, которая ему угрожает. А Мелисандра оставляла его одного, среди людей, которым нельзя доверять, с верой в ложных богов и с армией Великого Иного на пороге. Она предупреждала его, но не нужно было даже заглядывать в пламя, чтобы догадаться, что Сноу не верит ни ей, ни ее Богу, а значит и словам ее он должного значения не придаст. Будь у нее больше времени, которое теперь ценилось едва ли не дороже золота... Только времени не было совсем. Впрочем, в последней попытки если не убедить в искренности своих слов, то хотя бы просто поговорить с упрямым дозорным красная жрица отказать себе не могла. Мелисандра обернулась, взметнув алыми юбками свежевыпавший снег, щедро устилавший двор Черного Замка.
- Не смотрите на меня волком, Лорд-Командующий. Все, что я делаю, служит на благо Ночного Дозора. Сейчас вы блуждаете во тьме, но когда-нибудь все поймете. А я буду молить Владыку, о том, чтобы он осветил ваш путь светом своим. Пока еще не стало не слишком поздно. Но Вы, конечно, по-прежнему не верите ни одному моему слову, верно?

+2

4

При появлении Мелисандры стюарда словно ветром сдуло - как и многие братья, он побаивался красную жрицу. И Джон остался с ней наедине, если не считать разбредающихся по своим кельям участников ритуала и Призрака, который при появлении женщины уселся на снег и теперь пристально смотрел на нее, словно зачарованный. Сноу подобное поведение лютоволка удивляло, но чутью его он привык доверять: если волк спокоен, значит красная жрица не представляет опасности. По крайней мере, для него.
- Миледи, - командующий ответил вежливым, но сухим кивком, взгляд его снова невольно остановился на красном камне на шее женщины. Возможно, то была лишь игра света, отблески догорающего костра, но Джону казалось, что рубин словно напитался огнем после ритуала, и в гранях его переливается, ворочается дремлющая до поры до времени сила... Заставив себя оторвать взгляд от завораживающего зрелища, Сноу посмотрел Мелисандре в глаза. - Жаль, что ваш Владыка не может помочь нам более существенно - сделать Стену выше и крепче или хотя бы разверзнуть землю под ногами Иных, - ему бы стоило снова отделаться общими замечаниями и под невинным предлогом ретироваться в свои покои, но... Старые боги ему свидетели - Джон устал. Как будто мало ему было бесконечных споров со Станнисом и братьев, чье разочарованное ворчание вызывало, похоже, каждое его решение. Он возлагал надежды на поход короля - не потому что верил в его успех, но потому что его отсутствие хоть сколько-нибудь развязало бы ему руки. С тех пор, как он отверг предложение Баратеона, он постоянно ожидал последствий своего решения - ведь короли, даже самопровозглашенные, не из тех, кто способен оценить слово "нет". А теперь и красная жрица, которая, очевидно, не намерена была покидать Черный Замок без последнего напутствия. - Чем Ночному Дозору поможет горсть пепла, в которую обратились эти несчастные? - в голосе лорда-командующего не было упрека, печали или каких-то других эмоций - он вопрошал жрицу о том, чего не понимал. - Когда придут Иные, нам пригодится каждая пара рук - живых рук. Зачем вашему богу их жизни, миледи? - открыто посмотрев Мелисандре в глаза, Джон закончил: - По ту сторону Стены жил человек по имени Крастер. Он взял себе несколько жен, и те рожали ему детей. Когда дочери подрастали - он брал в жены и их, и те снова рожали ему детей. Но когда мы посетили его хижину, которую он почему-то именовал Замком Крастера, мы увидели, что там нет ни единого мальчишки - ни младенца, ни взрослого юноши. Оказалось, что Крастер приносил их в жертву - задабривал таким образом "темных богов", которых мы знаем как Иных. Но если они - Тьма, а ваш бог - Свет, почему же они в равной мере требуют смертей?

Отредактировано Jon Snow (2014-06-01 17:59:29)

0


Вы здесь » GAME OF THRONES: The Winds of Winter » IF I LOOK BACK, I'M LOST » burn them all


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC